впиваюсь. Снова оргазм накатывает. Он обмякший член вытаскивает, пальцами добивает. Поднимаю руку, за шею его хватаю. Чувствую что если кончу, сознание потеряю, в глазах темнеет, задыхаюсь, даже кричать не могу. Ртом воздух хватаю, извиваюсь, всё тело в блаженных судорогах бьётся. Волна проходит, уносит с собой разум и сознание. Падаю от бессилия. Кит меня ловит в свои сильные руки, не дает упасть. На руки поднимает, несёт куда-то. Прижимаюсь к его груди, аромат любимых духов и секса вдыхаю. Толи засыпаю, толи на самом деле сознание теряю.
Глава 17.
Просыпаюсь от яркого солнечного света, что сквозь окна в лицо светит. Не сразу вспоминаю где нахожусь, потягиваюсь, всё тело сладкой болью отзывается и блаженной усталостью. Улыбаюсь своим мыслям, вспоминаю руки в белых манжетах, расстегнутую рубашку обнажающую упругий пресс. И снова его хочу. Может это гормоны? Встаю с кровати, в одеяло закутываюсь, одна в комнате. Знаю что он где-то рядом, не мог меня одну оставить в новом доме, и уехать. К окну подхожу, двор разглядываю. Территория красивая, ухоженная. Газон ещё зелёный, только немного пожелтел. Деревья красивые, кустарники ухоженные, дорожки из тротуарной плитки выложены. Есть беседка с мангалом и качели. Никита по газону с Адиком носится, в кожаной куртке на голые плечи, даже не застегнул её. Нашёл какую-то большую палку, Адику кидает, улыбается, выглядит счастливым. Красивый до невозможности. Он совершенно другой. На Дана ни капли не похож. Даже в постели. Дан эмоциями брал, а Кит выдержкой. Чувствую что-то новое к нему, сильное, немного пугающее. Вроде любовь, но без одержимости, без ревности, без боли. Как будто всегда его любила, просто сама себе этого не позволяла. Не понимаю. Собственные чувства разобрать не могу.
Иду по дому гулять, в каждую комнату заглядываю, всё здесь интересно. Прежние жильцы хорошим вкусом обладали, ремонт мне нравится, дизайн не броский, спокойный, в светлых тонах. Много дерева и живых растений в горшках. Комнат много, будет место для детской и чтобы друзей на ночлег расположить. В ванной комнате большая ванна вместо душевой кабины. Уже предвижу сколько романтических вечеров здесь провести можно. Спускаюсь на первый этаж, на кухню иду. Есть хочется. В холодильнике пусто, в ящиках тоже. Видимо Кит не планировал здесь ночевать, скорее всего просто хотел показать этот дом.
– Доброе утро.-слышу его голос за спиной. Подходит ко мне, к своему телу прижимает, края куртки на мне запахивает. Я в его руках, как в убежище. Наружу выходить не хочется. Поворачиваюсь к нему лицом скольжу руками по его талии, обнимаю, к груди прижимаюсь.
– Поехали завтракать.– улыбается, волосы мои гладит.
– Не хочу отсюда уезжать.-признаюсь. – Давай останемся.-прошу.
– Вещи соберём и вернёмся.-обещает. В моё лицо самодовольным взглядом смотрит. Снова своего добился. Каждой такой победе искренне радуется.– У нас сегодня УЗИ.-напоминает.
А я забыла совсем. Сегодня должны узнать пол будущего ребёнка. Вздыхаю. Не хочется уезжать, но придётся. Ладно, если он пообещал что вернёмся, значит вернёмся. Еще ни разу меня не обманывал.
Подъезжаем к клинике, сразу знакомые машины на парковке замечаю. Стоят в ряд, как на параде. Марк 2, новый тонированный, Федькин. Рядом прадик Заура и большой чёрный джип Максима. Все приехали. Вот только зачем? Выхожу из машины, Кит с парнями за руку здоровается, о делах переговариваются. Максима не замечают. Все уже привыкли к его постоянному вниманию к моей персоне. И пока он ведёт себя спокойно, никто к нему рыпаться не станет. Заходим всей толпой в клинику, парни помогают плащ снять, усаживают, бахилы хотят надеть.
– Придурки!– возмущаюсь.– Я инвалид по вашему?
Бесят! У меня и живота практически нет, могу самостоятельно дотянуться. К тому же на фитнес теперь хожу, чувствую себя отлично, могу даже в футбол играть. Хоть сейчас на поле.
– Кирюх, не выебывайся.-Федя говорит. На корточки опускается, бахилы на мои кроссовки натягивает, на ноги встаёт.– Нам куда?-спрашивает.
– Во второй кабинет.– отвечает Максим и первый проходит. Знает куда идти.
Надеюсь они все со мной в кабинет не пойдут? Ну не настолько же они тронулись! Мысленно возмущаюсь, а на душе тепло становится. Ребёнок ещё не родился, а у него такая поддержка имеется. Парни не дадут мне крышей поехать и стать яжематерью. Вовремя одернут, подскажут, помогут.
Кит передо мной дверь кабинета открывает, вперед пропускает и следом заходит. Он пусть будет, мне с ним спокойнее. Следом за ним Федя в наглую прётся. Заур Максима толкает с прохода, тоже проходит. Максим последний, дверь за собой закрывает.
В кабинете холодно. На улице осень, а кондиционер работает на всю.
– Это что такое?!– орёт врач. Та же самая, с недовольным лицом, которая в первый раз на меня орала. – Немедленно покиньте мой кабинет!– от возмущения щеки трясутся, глаза из орбит вылазят.
В принципе, не так уж и плохо, что парни со мной. Посмотрим, как она при них будет разговаривать.
– Да угомонись ты.– Федя кричит строгим голосом.– Никто не уйдёт.
– Повторяю! Все посторонние на выход! Остаться может только отец ребёнка.-диким воплем орёт врач.– Кто отец?
– Его здесь нет.-отвечаю и усмехаюсь. Наверное, я бы тоже на её месте испугалась. Ловлю изумленный взгляд Заура и Феди. Догадались о чем я. Только бы Дану не кинулись звонить.
Я на кушетку сажусь, слежу за ситуацией. Интересно кто кого? Парни своего добьются, или эта тётка их всё таки выгонит.
Кит пульт от кондиционера со стола берёт, выключает его, даже разрешение не спрашивает. Заур в карман лезет, бумажник достает, кидает на её стол несколько красных купюр. Смотрит непреклонным взглядом.
Наблюдаю как она незаметно деньги в ящик смахнула. Нервничает сильно, дергается, но больше не орёт. Экран включает, прибор готовит.
– Ложитесь.-говорит и на меня смотрит.
Откидываюсь на спину, футболку задираю, штаны немного спускаю. Кит рядом садится, за руку держит. Парни за спиной врача толпятся, в чёрно-белый экран пялятся.
Врач по животу прибором скользит, губы недовольно кривит. Гель неприятный, холодный.
– Че там?– Федя первый не выдерживает.– Пацан?
– Молодой человек! Подождите!– возмущается врач.– Нам сперва надо на патологии посмотреть.– продолжает камерой водить, с невозмутимым лицом.
– Какие патологии?– Заур на глазах бледнеет.– У нас нормальный пацан должен быть!
Парни все переживания на себя берут. Мне даже волноваться не приходится. Расслабляюсь полностью. Главное чтобы здоровый был. А в том что пацан, я не сомневаюсь. Не может у меня девочка родиться. Я с детства с ними общаться не умею.
– Слышь, ты не молчи.– Федя над врачом нависает. Мешает ей.
